- Что, небось, в дождик попали? начал хозяин. Очень славно, что вы оказались так близко от дома и не погнушались зайти. А то я, вишь, маленько соснул, иначе бы враз услыхал. Эх, старость не радость, сынок, а в мои лета самое первое дело крепкий сон. Далеко ли путь держите? С той поры, как убрали аркхэмскую станцию, редко встретишь на этой дороге прохожего человека.

Я ответил, что направляюсь в Аркхэм, и извинился за непрошеное вторжение. Старик продолжал:

- Рад видеть вас, юный сэр. Нечасто сюда наведываются чужаки, так что мне, старику, и словом-то перекинуться не с кем. Сдается мне, что вы аж из Бостона, верно? Самому мне там, правда, бывать не случалось, но городского я, если увижу, то завсегда отличу. Жил тут у нас в восемьдесят четвертом один горожанин, работал учителем, стало быть, в школе, а потом вдруг куда-то сгинул, и с тех пор о нем ни слуху, ни духу...

В этом месте старик как-то странно захихикал, но когда я спросил его, чем вызван этот смех, он промолчал. По всем признакам, хозяин дома находился в чрезвычайно веселом расположении духа и не скрывал своих причуд, о которых можно было догадаться уже по одному тому, как он ухаживал за своей внешностью. Старик продолжал разглагольствовать в том же роде с каким-то даже подозрительным радушием. Между тем мне пришло в голову спросить у него, где он раздобыл такое редкое издание, как "Regnum Congo" (Королевство Конго (лат.)) Пигафетты. По-прежнему находясь под впечатлением этой книги, я почему-то никак не решался о ней заговорить. В конце концов, однако, любопытство взяло верх над смутными опасениями, владевшими мной с того момента, как я впервые увидел этот дом. К моему облегчению, старика нимало не смутил мой вопрос, и он отвечал на него охотно и обстоятельно.